У церковного суда нет юридической основы

Ирина ЗАИКАНОВА

Суровы указы епархиальных архиереев Псковской, Московской, Екатеринбургской и Томской епархий. В них извержения из сана, запрещения в священнослужении и отлучения от причастия клириков и мирян Русской православной церкви. А когда узнаешь о фактах сожжения книг известных российских богословов, то возникает большое желание разобраться: что же происходит за стеной, отделяющей церковь от государства? И в соответствии с каким правовым документом выносятся такие наказания?

Согласно Уставу об управлении РПЦ, утвержденному Поместным собором в 1988 году, существует несколько инстанций церковного суда. Но на каких правовых основаниях творится суд? В начале века существовали сборники законов, предназначенные для православного духовенства, это солидные тома. Сегодня церковный суд руководствуется тоненькой книжечкой под названием "Устав об управлении РПЦ". В примечании к Уставу читаем: "В качестве приложения к настоящему Уставу должна быть составлена "Процедура церковного суда". Однако и это благое намерение (или рекомендация) до сих пор не выполнено, то есть "Процедура" спустя вот уже 9 лет так и не увидела свет.

Кто осуществляет судопроизводство? Если судить по указам, определяющим наказания "провинившимся" священно- и церковнослужителям, они исходят от архиереев, и ими одними единолично подписаны. Однако действующий Устав об управлении РПЦ не дает ни патриарху, ни тем более епархиальному архиерею права церковного суда, а присваивает его только коллективным церковным органам - епархиальному совету и Священному синоду.

Одним из этапов судопроизводства должно быть дознание. Устав духовной консистории гласит, что "производство дознания возлагается на обязанность полиции". Единственный случай проведения дознания касается событий в храме Успения в Печатниках, когда Патриархия обратилась в милицию. Однако на запрос Патриархии последовало заключение по расследованию, подписанное начальником 15-го отделения милиции ст. лейтенантом Римским, который, присвоив себе право на расследование дела, не опросил ни одного из свидетелей происшедшего, которых было не менее 20 человек, включая и присутствовавших на нем сотрудников своего же отделения милиции, кроме того, не было составлено ни одного акта, на который он мог бы сослаться. Кстати, дознание является неотъемлемой частью и современного светского судопроизводства, о чем должен был знать начальник отделения милиции.

Но должен ли был начальник 15-го отделения милиции вообще проводить дознание и представлять его результаты в Патриархию? Конечно, нет. Из-за его "дознания" граждане России оказались лишенными права на труд (отстранен от службы священник и часть церковнослужителей) и права на участие в таинствах церкви (12 прихожан), более 2 тысяч членов прихода лишились храма и своего предстоятеля.

Итак, мы видим, что правовое поле, на котором Русская православная церковь творит суд и расправу, представляет собой пустырь. Единственным произрастающим на нем древом является "Книга правил", поскольку только на канонах построены обвинительная часть указов епископов и наказания священно-, церковно-служителей и мирян. Но является ли "Книга правил" церковным правом?

Согласно догматам церкви, Христос придет "судить живых и мертвых". Вспоминается также: "Не судите и не судимы будете". Итак, церковь признает, что суд Божий первичен, абсолютен и объективен. Недаром дореволюционная церковь даже суду архипастыря отводила лишь функции разъяснения, увещевания и т.д. Роль, скажем прямо, по теперешним понятиям очень скромную. Современная церковь своим Уставом дала этому суду право судить единолично, без юридических норм и бесконтрольно, то есть фактически приравняв епархиального епископа к самому Богу. Какие это может иметь последствия для церкви? Будем говорить о том, что уже налицо: духовенство, а теперь все чаще миряне оказались в самом бесправном, "подвешенном" состоянии, в ощущении страха перед лишением прав гражданских, но что гораздо важнее, - народа Божия, "святого священства".

Автор - старший научный сотрудник